Seventh-Day Adventist Church

Одинцовская и Кунцевская община Московское Объединение

Menu

Предзнаменование креста

Опубликовано 04 Jul 2024

Эта глава основана на Евангелии от Матфея 16:13—28; от Марка 8:7—38; от Луки 9:18—27

Служение Xриста на земле подходило к концу. Перед Его взором, словно наяву, проходили сцены будущего, которое Его ожидало. Задолго до Своего воплощения Христос видел весь путь, который предстояло Ему пройти, чтобы спасти погибших. Боль, которая пронзит Его сердце, оскорбления, которые обрушатся на Него, лишения, которые Он должен будет перенести, — все было открыто Ему еще до того, как Он отложил в сторону Свой венец и царственные одежды и сошел с Небесного престола, чтобы облечь Свое Божество в человеческую природу. Путь от яслей до Голгофы был открыт перед Ним. Он знал страдания, которые надлежало Ему перенести. Он знал их — и тем не менее мог сказать: “Вот, иду; в свитке книжном написано о мне: я желаю исполнить волю Твою, Боже мой, и закон Твой у меня в сердце” (Псалтирь 39:8, 9).

Точно так же видел Он и будущие плоды Своей миссии. Его земная жизнь, исполненная тяжкого труда и самопожертвования, скрашивалась мыслью, что труд Его не напрасен. Отдав Свою жизнь за жизнь людей, Он снова приобретет мир для Бога. Хотя сначала Ему предстояло кровавое крещение, хотя грехи мира должны были обрушиться на Его невинную душу, хотя тень невыразимого горя лежала на Нем, но во имя грядущей радости Иисус избрал крест и пренебрег посрамлением.

Того, что предстояло перенести Иисусу, не знали даже избранные Его ученики, но час, когда они станут очевидцами Его страданий, был близок. Им предстояло увидеть Того, Кого они любили и Кому доверяли, в руках врагов, затем — распятым на Голгофском кресте. Он должен был оставить их в мире одних, без того утешения, которое давало им Его видимое присутствие. Он знал, с какой яростью, ненавистью и неверием люди будут преследовать Его учеников, и желал приготовить их к будущим испытаниям.

Теперь Иисус и Его ученики шли в один из городов неподалеку от Кесарии Филипповой. Это было за пределами Галилеи, в краю, где господствовало идолопоклонство. Здесь ученики оказались вне влияния иудаизма и ближе соприкоснулись с религией язычников. Они столкнулись со всеми видами языческих суеверий, которые существовали в мире. Иисус хотел, чтобы Его ученики, глядя на все это, поняли свою ответственность за язычников. Поэтому во время пребывания в этой области Он старался избегать открытого служения народу, а больше посвящать Себя Своим ученикам.

Вскоре Он должен был рассказать им о страданиях, которые ожидали Его. Но сначала, уединившись, Он молился о том, чтобы их сердца были приготовлены к принятию Его слов. И, возвратившись к Своим ученикам, Он не сразу рассказал им то, что собирался. Прежде чем сделать это, Он дал им возможность исповедовать свою веру в Него, чтобы они были подготовлены к предстоящим испытаниям. Он спросил: “За кого люди почитают Меня, Сына Человеческого?”

И ученики были вынуждены с печалью признать, что Израиль не признает своего Мессию. Впрочем, некоторые, видя Его чудеса, говорили, что Он — Сын Давидов. Множество людей, насыщенных хлебом в Вифсаиде, хотели провозгласить Его царем Израиля. Многие были готовы принять Его за пророка. Но никто из них не верил, что Он — Мессия.

Тогда Иисус, обращаясь к ученикам, задал второй вопрос: “А вы за кого почитаете Меня?” И Петр ответил: “Ты — Христос, Сын Бога Живого”.

С самого начала Петр уверовал, что Иисус — Мессия. Немало было и убежденных проповедью Иоанна Крестителя, принявших Христа, но начавших сомневаться в Божественной миссии Иоанна, когда тот был заключен в темницу и казнен. Теперь же они сомневались и в том, что Иисус действительно Тот Мессия, Которого они так долго ожидали. Многие из учеников, страстно желавших, чтобы Иисус воссел на престоле Давида, оставили Его, когда увидели, что Он не намерен делать этого. Но Петр и его спутники остались Ему верны. Непостоянство тех, кто вчера славил Его, а сегодня осуждал, не поколебало веры истинных последователей Иисуса. Петр заявил: “Ты Христос, Сын Бога живого”. Петр не ожидал, когда царские почести увенчают Его Господа, но принял Его — смиренного и униженного.

Петр выразил веру всех двенадцати, но тем не менее ученики были все еще далеки от понимания миссии Христа. Противодействие и ложь священников и старейшин хотя и не могли отвратить учеников от Христа, по-прежнему весьма озадачивали их. Они не имели ясного представления о том, на каком они пути. Влияние воспитания, преданий, учения раввинов мешало им познать истину. Время от времени драгоценные лучи света, исходящего от Иисуса, озаряли их, но часто они были похожи на блуждающих во тьме. Но в тот день, когда они еще не столкнулись лицом к лицу с величайшим испытанием своей веры, сила Святого Духа почила на них. На некоторое время их взор обратился от “видимого”, чтобы созерцать “невидимое” (2 Коринфянам 4:18). Они увидели славу Сына Божьего в человеческом облике.

Иисус ответил Петру: “Блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, сущий на небесах” (Матфея 16:17).

Истина, которую исповедал Петр, является основанием веры всех христиан. Это и есть, как сказал Сам Христос, вечная жизнь. Но знание этой истины не должно быть поводом для самопрославления, и Петру эта истина открылась не потому, что он был мудр или благочестив. Никогда не может человек сам по себе познать Божественное. “Он превыше небес, — что можешь сделать? глубже преисподней, — что можешь узнать?” (Иова 11:8). Только Дух усыновления может открыть нам глубины Божьи. “Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку”, “а нам Бог открыл это Духом Своим; ибо Дух все проницает, и глубины Божии” (1 Коринфянам 2:9, 10). “Тайна Господня — боящимся Его” (Псалтирь 24:14). И то, что Петр увидел славу Христа, было свидетельством, что он “научен Богом” (Иоанна 6:45). И поэтому “блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это”.

Иисус продолжал: “Я говорю тебе: ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее”. Слово “Петр” означает “камень”, “катящийся камень”. Петр не был скалой, на которой основана Церковь. Врата ада одолели его, когда он отрекся от своего Господа — клялся и божился, что не знает Христа. Церковь была основана на том Единственном, Которого не могут одолеть врата ада.

За сотни лет до пришествия Спасителя Моисей указал на Скалу спасения Израиля. Псалмопевец пел о “твердыне”, Исаия писал: “Посему так говорит Господь Бог: вот, Я полагаю в основание на Сионе камень, — камень испытанный, краеугольный, драгоценный, крепко утвержденный” (Второзаконие 32:4; Псалтирь 61:7; Исаии 28:16). Сам Петр, по вдохновению свыше, относит это пророчество к Иисусу. Он говорит: “Ибо вы вкусили, что благ Господь. Приступая к Нему, камню живому, человеками отверженному, но Богом избранному, драгоценному, и сами, как живые камни, устрояйте из себя дом духовный” (1 Петра 2:3—5).

“Ибо никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос” (1 Коринфянам 3:11). “На сем камне, — говорит Иисус, — Я создам церковь Мою”. В присутствии Бога и всех небесных сил, в присутствии невидимой армии ада Христос основал Свою Церковь на живой скале. Эта скала — Он Сам, Его Собственное Тело, которое мучили и терзали за нас. Церковь, построенную на этом основании, врата ада не одолеют никогда.

Какой слабой выглядела Церковь в то время, когда Христос говорил эти слова! Горстка верующих, против которых была направлена вся сила демонов и злых людей. Но последователи Христа не должны были ничего бояться. Те, кто строит на Вечной Скале, не могут быть побеждены.

На протяжении шести тысяч лет вера созидается на Христе. На протяжении шести тысяч лет потоки и бури сатанинского гнева ударялись о Скалу нашего спасения, но она стоит непоколебимо.

Петр выразил истину, которая является основанием веры Церкви. И Иисус отметил его как представителя всех верующих. Он сказал: “И дам тебе ключи Царства Небесного; а что свяжешь на земле, то будет связано на небесах; и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах”.

“Ключи Царства Небесного” — это слова Христа. Все слова в Священном Писании принадлежат Ему и заключены в Нем. Эти слова имеют власть открывать и затворять небеса. Они объявляют нам условия, на которых люди принимаются или отвергаются. И поэтому труд тех, кто проповедует Слово Божье, является запахом живительным на жизнь или запахом смертоносным на смерть. Результаты их труда будут оценены в вечности.

Спаситель не поручил дело благовествования только Петру. Позднее, повторяя слова, сказанные Петру, Он применил их прямо к Церкви и, по сути, сказал те же слова и всем двенадцати ученикам как представителям всех верующих. Если бы Иисус наделил одного из них большей властью, чем прочих, они не спорили бы между собой о том, кто из них значительнее. Они подчинились бы воле своего Учителя и почтили того, кого Он избрал.

Вместо того чтобы назначить одного из апостолов главой, Иисус сказал ученикам: “А вы не называйтесь учителями” и “не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник — Христос” (Матфея 23:8, 10).

“Всякому мужу глава Христос” (1 Коринфянам 11:3). Бог, Который “все покорил под ноги” Спасителя, “поставил Его выше всего, главою Церкви, которая есть тело Его, полнота Наполняющего все во всем” (Ефесянам 1:22, 23). Церковь зиждется на Христе. И она должна повиноваться Ему как своему Главе. Она не может зависеть от человека или находиться под его управлением. Многие утверждают, что ответственное положение в Церкви дает право предписывать другим, во что им веровать и как поступать. Бог не одобряет это. Спаситель говорит нам: “Все же вы — братья”. Все подвержены искушению, все могут ошибаться. И мы не можем положиться как на вождя ни на одно смертное существо. Скала веры — это живое присутствие Христа в Церкви. И на нее могут положиться самые слабые, а те, кто считают себя сильными, окажутся слабейшими, если они не сделают Христа своей силой. “Проклят человек, который надеется на человека и плоть делает своею опорою”. Господь — “твердыня; совершенны дела Его”. “Блаженны все, уповающие на Него” (Иеремии 17:5; Второзаконие 32:4; Псалтирь 2:12).

После того как Петр исповедал свою веру, Иисус повелел Своим ученикам не говорить никому о том, что Он — Христос. Это повеление было дано из-за происков книжников и фарисеев; более того, народ и даже ученики имели настолько искаженное представление о Мессии, что открытое признание нисколько не содействовало бы правильному представлению о Его предназначении и Его служении. Постепенно, день за днем, Он открывал им Себя как Спаситель, стремясь таким путем дать истинное понимание о Себе как о Мессии.

Ученики все еще надеялись, что Христос будет царствовать как светский правитель. Хотя Он долгое время скрывал Свои намерения, они все-таки верили, что не вечно Он будет оставаться в бедности и безвестности, и приближается время, когда Он установит Свое царство. Ученики Христа и представить себе не могли, что ненависть священников и раввинов никогда не прекратится, что Христос будет отвергнут своим народом, осужден, как обольститель, и распят, как разбойник. Но власть тьмы приближалась, и Иисус должен был открыть Своим ученикам предстоящую борьбу. Предвидя их испытания, Он скорбел.

До сих пор Иисус ничего не говорил о Своих страданиях и смерти. В Своей беседе с Никодимом Он сказал: “И как Моисей вознес змию в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную” (Иоанна 3:14, 15). Но ученики не слышали этого, а даже если бы и услышали, то не поняли бы. Теперь они были вместе с Иисусом, слушали Его слова, видели Его дела и, несмотря на скромность Его окружения и противодействие священников и народа, могли вместе с Петром сказать: “Ты — Христос, Сын Бога живого”. Ныне пришло время снять завесу, скрывающую будущее. “С того времени Иисус начал открывать ученикам Своим, что Ему должно идти в Иерусалим и много пострадать от старейшин и первосвященников и книжников, и быть убиту, и в третий день воскреснуть” (Матфея 16:21).

Ученики слушали, потеряв от горечи и удивления дар речи. Христос принял свидетельство Петра, что Он — Сын Божий, а теперь он говорит о Своих страданиях и смерти. Это невозможно было постигнуть! Не в силах дальше молчать, желая отвратить неизбежное, Петр обратился к своему Наставнику и воскликнул: “Будь милостив к Себе, Господи! да не будет этого с Тобою!” (Матфея 16:22). Петр любил Господа, но Христос не одобрил желания Своего ученика защитить Его от страданий.

Слова Петра не были утешением и поддержкой Иисусу в Его великом грядущем испытании. Эти слова не соответствовали благим намерениям Божьим о милости к падшему миру, не соответствовали и тому уроку самопожертвования, который пришел преподать Иисус. Петр не желал видеть крест в служении Иисуса. Впечатление, которое могло произвести сказанное им, было прямо противоположно тому, что Христос желал внушить Своим последователям. И поэтому Спаситель был вынужден произнести самый суровый укор в Своей жизни: “Отойди от Меня, сатана! ты Мне соблазн, потому что думаешь не о том, что Божие, но что человеческое”.

Сатана пытался запугать Иисуса и отвратить Его от Его миссии. И Петр, ослепленный любовью, стал орудием в руках искусителя. Князь зла внушил ему эту мысль. В его порывистых словах чувствовался сатанинский соблазн. В пустыне сатана предлагал Христу владычество над миром, если Он оставит путь смирения и самопожертвования. И ныне он точно так же искушал ученика Христова. Сатана стремился показать Петру земную славу, чтобы он не мог увидеть креста, на который желал направить его взор Иисус. Через Петра сатана вновь искушал Иисуса. Но Спаситель не поддался этому искушению. Все Его помыслы были сосредоточены на Своем ученике. Сатана встал между Петром и его Наставником, чтобы сердце ученика не затронуло предсказание об унижениях Христа. Слова, сказанные Христом, относились не к Петру, а к тому, кто пытался отделить его от Искупителя. Отойди от Меня, сатана, говорит Христос, не вставай между Мной и Моим заблуждающимся слугой; дай Мне стать лицом к лицу с Петром, чтобы Я мог открыть ему тайну Моей любви.

Для Петра это был очень горький урок; ему непросто было понять, что путь Христа на земле проходил через муки и унижения. Этого ученика пугало соучастие в страданиях Господа, но в горниле испытаний он должен был познать благословения такого участия. Много лет спустя, согнувшись под бременем трудов и лет, он писал: “Возлюбленные! огненного искушения, для испытания вам посылаемого, не чуждайтесь, как приключения для вас странного, но как вы участвуете в Христовых страданиях, радуйтесь, да и в явление славы Его возрадуетесь и восторжествуете” (1 Петра 4:12, 13).

Иисус объяснил ученикам, что Его жизнь в самоотречении является примером того, какой должна быть и их жизнь. И, созвав к Себе находившийся поблизости народ, сказал: “Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за Мною”. Крест напоминал о власти Рима; он был орудием наиболее жестокой и унизительной смерти. Самые презренные преступники должны были нести свой крест на место казни, и часто, когда его возлагали на их плечи, они отчаянно сопротивлялись, пока их насильно не привязывали к нему. Но Иисус повелел Своим последователям взять свой крест и следовать за Ним. Его слова, смутно понимаемые учениками, призывали к смирению с самым горьким унижением и покорности вплоть до смерти во имя Христа. Невозможно выразить полное самоотречение лучше, чем этими словами Спасителя. Все это Он принял на Себя ради людей. До тех пор, пока мы были потеряны, для Иисуса не было радости на небе. Он покинул небесную обитель, чтобы претерпеть поношения, и оскорбления, и постыдную смерть. Он, обладающий бесценными сокровищами неба, стал нищим ради нас, чтобы мы обогатились Его нищетою. Мы должны идти тем путем, которым шел Он.

Любить людей, за которых умер Христос, означает распять свое “я”. Тот, кто является чадом Божьим, должен смотреть на себя как на звено в цепи, опущенной для спасения мира. Он должен быть един со Христом в Его плане спасения и идти вместе с Ним искать и спасать погибших. Христианину всегда надлежит помнить, что он посвятил себя Богу и должен своим характером открыть Христа миру. Самопожертвование, сострадание, любовь, явленная в жизни Христа, должны стать очевидными в жизни соработников Бога.

“Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее”. Себялюбие — это смерть. Ни один орган нашего тела не мог бы существовать, если бы его деятельность ограничивалась только им одним. Если бы сердце не посылало живоносную кровь руке и голове, они быстро потеряли бы свою силу. Так и любовь Христа, подобно крови в организме, проникает в каждый орган Его таинственного тела. Мы все зависим друг от друга, и та душа, которая отказывается давать, должна погибнуть. “Какая польза человеку, — сказал Иисус, — если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? или какой выкуп даст человек за душу свою?”

Иисус перевел взоры Своих учеников от нынешней бедности и унижений к Своему пришествию в славе — не в блеске земного владыки, а в славе Божьей и воинства небесного. Затем Он сказал: “Тогда воздаст каждому по делам его”. И, желая ободрить их, Он дал обетование: “Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем”. Но ученики не поняли Его. Эта слава казалась им слишком далекой. Взоры их были устремлены на то, что находилось ближе к ним — на земную жизнь в бедности, унижении и страдании. Сбудется ли их страстное ожидание царства Мессии? Неужели они не увидят своего Господа на престоле Давида? Неужели Христос должен жить как смиренный бездомный странник? Неужели Он должен быть презираем, отвергнут и предан смерти? Глубокая печаль охватывала их сердца, потому что они любили своего Наставника. Их тревожили сомнения — казалось совершенно невероятным, чтобы Сын Божий был подвергнут столь жестокому унижению. Они спрашивали: зачем Он добровольно идет в Иерусалим, чтобы встретить то, что, по Его словам, Он пришел перенести? Как Он мог подвергать себя такой участи, оставляя их в еще большей тьме, чем та, в которой они блуждали до того, как Он открыл им Себя?

В области Кесарии Филипповой, думали ученики, Христос был недосягаем для Ирода и Каиафы. Здесь не нужно остерегаться ненависти иудеев или римлян. Почему бы не трудиться здесь, вдали от фарисеев? Зачем Он идет на смерть? А если Он должен умереть, как же тогда Он сможет основать царство, которое врата ада не одолеют? Все это было для учеников настоящей непроницаемой тайной.

Они шли по берегу моря Галилейского в город, где должны рухнуть все их надежды. Не смея возражать Христу, они тихо и печально переговаривались о том, что ждет их в будущем. Но даже в этих сомнениях они цеплялись за мысль, что какие-то непредвиденные обстоятельства могут изменить участь Господа. Так на протяжении долгих и мрачных шести дней они печалились и сомневались, надеялись и страшились.

Глава 46. Он преобразился

Эта глава основана на Евангелии от Матфея 17:1—8; от Марка 9:2—8; от Луки 9:28—36

Наступал вечер, когда Иисус призвал к Себе троих учеников — Петра, Иакова и Иоанна и повел их полями по неровной тропинке на безлюдную гору. Весь день Спаситель и Его ученики путешествовали и учили, и восхождение на гору еще сильнее утомило их. Христос облегчал душевные и телесные тяготы многих страдальцев. Он вдыхал жизненную силу в их ослабевшие тела, но Сам, облеченный человеческой плотью, был очень утомлен подъемом в гору так же, как ученики.

Последние лучи заходящего солнца еще освещали вершину горы и золотили тропинку, по которой они шли. Но солнце скрывается, свет в горах и долине быстро меркнет, и одинокие путники тонут в ночной тьме. Окружающий мрак, казалось, был созвучен их печальной жизни, над которой сгущаются тучи.

Ученики не решались спросить Христа, куда Он направляется и с какой целью. Спаситель часто проводил целые ночи в горах, молясь. Для Него, рука Которого сотворила горы и долины, природа — дом и убежище, и Он наслаждается тишиной. Ученики следуют за Христом, но удивляются, почему их Наставник предпринял такое тяжелое восхождение, в то время когда и они устали, и Он Сам нуждается в отдыхе.

Наконец остановившись, Иисус сказал, что они дальше не пойдут. Отойдя немного в сторону, Он, Муж скорбей, с воплем и слезами возносит Свои моления. Он умоляет Отца о поддержке, чтобы перенести испытания за людей. Ему Самому было необходимо с новым упованием опереться на руку Всемогущего, ибо только так Он сможет смело смотреть в будущее.

Из глубины Своего сердца Он возносит молитву об учениках, чтобы в час власти тьмы они не утратили веру. Ночная роса увлажняет Его одежду, но Он не замечает этого. Он не обращает внимания на сгущающийся вокруг Него ночной мрак. Медленно проходят часы. Вначале ученики искренне присоединились к Его молитвам, но спустя какое-то время они, одолеваемые усталостью, уснули.

Иисус рассказал им о Своих страданиях. Он взял их с Собой, чтобы молиться вместе, даже теперь Он молился о них. Спаситель видел печаль Своих учеников и стремился облегчить их горе, уверяя, что вера их не напрасна. Не все — даже из этих двенадцати — смогут получить откровение, которое Он хочет им дать. Только троих, которым предстояло быть свидетелями Его страданий в Гефсимании, Он взял с Собою на гору. Он просит Отца, чтобы Его ученикам была показана слава, которую Он имел у Него прежде сотворения мира; Он просит, чтобы Его царство открылось их глазам и Его ученики были укреплены, чтобы созерцать его. Он молит о том, чтобы, став свидетелями явления Его Божественной славы, они утешались в час наивысших страданий, зная, что Он истинно Сын Божий и что Его позорная смерть — часть плана искупления.

Его молитва услышана. В то время как Он смиренно склонился к каменистой земле, внезапно разверзлось небо, золотые врата Царства Божьего широко раскрылись и небесный свет, окружив образ Спасителя, залил гору. Его Божественность, сияющая сквозь человеческую природу, соединяется со славой, сходящей свыше. Вставший с молитвы Христос озарен Божественным величием. Исчезли душевные муки. Лицо Его сияло, “как солнце”, и одежды Его были “белыми как свет” (Матфея 17:2).

Ученики проснулись; они созерцают сияние славы, освещающее гору. Со страхом и изумлением они смотрят на лучезарный образ Господа. Когда они немного свыклись с этим дивным светом, то увидели, что Иисус не один — рядом с Ним находились два небесных существа. Это были Моисей, говоривший с Богом на Синае, и Илия, которому было даровано великое преимущество, данное, кроме него, только еще одному из сынов Адамовых, — никогда не познать смерть.

За пятнадцать столетий до этого Моисей стоял на горе Фасги и созерцал обетованную землю. Но из-за своего греха в Мериве ему не дано было войти туда. Не ему выпала радость ввести Израиль в землю отцов. В его страстной просьбе: “Дай мне перейти и увидеть ту добрую землю, которая за Иорданом, и ту прекрасную гору и Ливан” (Второзаконие 3:25) было отказано. Надежда, которая на протяжении сорока лет освещала мрак скитаний по пустыне, не осуществилась. Его многолетний тяжкий труд и отягощавшие сердце заботы завершились могилой в пустыне. Но Тот, “Кто действующею в нас силою может сделать несравненно больше всего, чего мы просим, или о чем помышляем” (Ефесянам 3:20), ответил на молитву Своего слуги. Да, Моисей оказался во власти смерти, но он не должен был остаться в могиле. Сам Христос вновь вызвал его к жизни. Сатана-искуситель спорил о теле Моисея из-за его греха, но Христос, Спаситель, воскресил его (см. Иуды 9).

На горе преображения Моисей был свидетелем победы Христа над грехом и смертью. Он представлял тех, кто выйдет из могил в воскресение праведных. Илия, который был взят на небо, не увидев смерти, представляя тех, кто будет жить на земле во время Второго пришествия Христа и изменится “вдруг, во мгновение ока, при последней трубе”, когда “тленному сему надлежит облечься в нетление, и смертному сему — облечься в бессмертие” (1 Коринфянам 15:51—53). Иисус был озарен небесным светом точно так же, как это произойдет в будущем, когда Он придет во второй раз “не для очищения греха, а для ожидающих Его во спасение” (Евреям 9:28), потому что Он придет “в славе Отца Своего со святыми Ангелами” (Марка 8:38). Обещание Спасителя, данное ученикам, теперь исполнилось. Будущее Царство славы в миниатюре предстало на горе: Христос — царь, Моисей — представитель воскресших святых, Илия — представитель взятых на небо.

Ученики все еще не понимали происходящего. Но они радовались тому, что их терпеливый Учитель, кроткий и смиренный, скитавшийся, подобно беспомощному страннику, тут и там, почтен теми, к кому благоволило Небо. Они решили: Илия сошел, чтобы объявить о царстве Мессии, царство Христа должно в самом скором времени установиться на земле. Они могли навсегда избавиться от воспоминаний, связанных со страхом и разочарованием. Так хотелось остаться здесь, где явилась им слава Божья! Петр восклицает: “Господи! хорошо нам здесь быть; сделаем три кущи: Тебе одну, Моисею одну, и одну Илии”. Ученики были убеждены, что Моисей и Илия посланы защитить их Наставника и утвердить Его царскую власть.

Но венцу должен предшествовать крест. Темой их беседы была не торжественная коронация Иисуса, а предстоящая Ему смерть в Иерусалиме. Неся на Себе все немощи человечества, обремененный его скорбями и грехами, Иисус один свершал Свой путь среди людей. Когда приблизился ужас грядущего испытания Спасителя, Он был в духовном одиночестве среди мира, который Его не познал. Даже Его любимые ученики, озабоченные своими сомнениями, бедами и мирскими надеждами, не понимали тайны Его миссии. Он жил в атмосфере любви и небесного общения, но в мире, который был создан Им, Иисус был одинок. И вот Небо послало своих вестников к Иисусу, не ангелов, но людей, перенесших страдания и скорби и могущих сочувствовать Спасителю в испытаниях Его земной жизни. Моисей и Илия были соработниками Христу, они разделяли Его желание спасать людей. Моисей просил за Израиль: “Прости им грех их. А если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал” (Исход 32:32). Пророк Илия тоже знал, что такое одиночество, поскольку он на протяжении трех с половиной лет голода нес на себе бремя ненависти и страданий всего народа. Он один стоял за Бога на горе Кармил; он один бежал в пустыню, охваченный страданием и отчаянием. Эти люди, поставленные превыше любого ангела у трона Царя Небесного, пришли, чтобы беседовать с Иисусом о Его страданиях, утешать Его уверением, что Небо сострадает Ему в Его жизни и смерти. Темой их беседы была надежда мира и спасение каждого человека.

Одолеваемые сном, ученики слышали только часть из того, о чем говорили Христос и посланники Неба. Так как они не молились и не бодрствовали, то не получили того, что Бог хотел бы дать им: познание Христовых страданий и последующую за ними славу. Они потеряли благословение, которое могли бы иметь, если бы шли Его путем — путем самоотречения. Сердца этих учеников оказались невосприимчивыми к вере, они не были способны оценить то сокровище, которым хотело обогатить их Небо.

Но они получили великий свет. Они убедились, что все Небо знает о грехе иудейского народа, отвергшего Христа. Эти ученики получили более ясное понятие о труде Искупителя. Они видели своими глазами и слышали своими ушами то, что было превыше понимания человеческого. Они стали “очевидцами Его величия” (2 Петра 1:16) и поняли, что Иисус действительно является Мессией, о Котором свидетельствовали патриархи и пророки, и что вся Вселенная признаёт Его таковым.

В то время, когда они созерцали происходящее на горе, “облако светлое осенило их; и се, глас из облака глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте”. Когда ученики увидели это облако славы, несравненно более яркое, чем то, которое шло впереди колен Израилевых в пустыне, когда они услышали голос Божий, мощь которого заставила трепетать гору, они в страхе упали на землю. Они лежали, не поднимая головы, до тех пор, пока Иисус не приблизился и не коснулся их, рассеяв их страхи Своим знакомым голосом: “Встаньте и не бойтесь”. Подняв наконец глаза, они увидели, что небесная слава исчезла, Моисея и Илии нет. Они были на горе одни с Иисусом.

Прочитайте эту статью на https://esd.adventist.org/2024/07/04/predznamenovanie-kresta-3/?utm_source=rss&utm_medium=rss&utm_campaign=predznamenovanie-kresta-3